Как связаны падение экономики и внедрение практики госзаказа?

По сравнению с 2011 годом в 2013 году темпы роста ВВП РФ сократились в 2,7 раза, снизившись с 4,3% до 1,3. Заметьте, тогда ещё не было санкций, ещё не было снижения цен на нефть. А темпы роста экономики стремительно снизились, в разы. Сегодня этот процесс усугубляется: наиболее сильное снижение наблюдалось во втором квартале 2015 года (на 4,5%); во втором квартале 2016 года ВВП снизился на 0,6%. Член Партии Великое Отечество из Подмосковья, кандидат технических наук, директор строительной фирмы Владимир Анатольевич Алексеев предлагает разобраться в причинах этого «экономического чуда», тем более что внятного объяснения от «птенцов» из либеральной ВШЭ мы так и не услышали.

«Что же произошло в практике производственно-экономической деятельности в этот период, что могло так фатально обрушить ВВП нашей страны? А произошло вот что: с 2013 года был на полную мощность запущен механизм экономического удушения производства в РФ в виде изменения практики проведения аукционов, торгов и конкурсов при получении государственных заказов.

Следует отметить, что объем госзакупок в расходах бюджета составляет более 40%, а в ВВП РФ – около 10%.

До этого времени практика выполнения госзаказа была следующая (для пущей конкретности мы будем проводить свой анализ на примере строительных и ремонтных работ): победившее в конкурсе или аукционе предприятие получало 30% от стоимости контракта в виде аванса и приступало к работам. По мере выполнения этапов работ проводилась полная оплата этапа с одновременным удержанием соответствующей части аванса. Оплата последнего этапа работ закрывала финансовые обязательства сторон.

Новая практика не только отменяла авансирование работ, но и вводила так называемое «обеспечение контракта» в объеме до 30% стоимости контракта. Теперь не предприятие получит оборотные средства на начало и ведение работ от Заказчика-Государства, а Заказчик получит и «заморозит» на своем счете в банке средства предприятия до окончания выполнения госзаказа.

Таким способом резко тормозится оборот денежных средств в стране и к тому же возрастают финансовые циклы работ по госзаказам. Результат такой практики – резкое падение производства.

Однако у этих либеральных «цветочков» целый мешок ядовитых «ягодок», взрывающий изнутри реальный сектор Российской экономики.

Рассмотрим наиболее тяжелые последствия нанесённого по России экономического удара.

Во-первых, в среднем более 6 месяцев (первое полугодие) предприятия не могут приступить к выполнению государственных контрактов. Происходит это по следующим причинам. Только к концу I квартала определяются бюджеты по региональным ведомствам, муниципальным образованиям и бюджетным предприятиям. Например, становится известно, сколько денег может быть истрачено до конца года на ремонт учебных заведений или объектов медицины в муниципальном образовании. После этого Заказчики начинают готовить аукционную документацию – обоснования, проекты, сметы, технические задания, и т.п. Как правило, на это уходит ещё 1 – 2 месяца. После этого объявляется аукцион – это по закону не менее 1 месяца, а после проведения аукциона, если он состоялся, еще 10 дней на обжалование результатов и заключение контракта с исполнителем работ. Итого в идеальном случае – около 6 месяцев все исполнители не работают, а ждут возможности начать работы. Уже пройдут длинные весенние и июньские дни, уже «на носу» осень, а, например, строители только начинают работы по госконтрактам. Не случайно авральные работы по госконтрактам приходятся на ноябрь-декабрь (о чём недавно с возмущением говорил даже Председатель Правительства).

Очевидно, что такая уже устоявшаяся система работы приводит к низкой и неравномерной загрузке производственных мощностей и специалистов, а также негативно влияет на качество выполненных работ. И это ещё один фактор снижения ВВП Российской Федерации.

Во-вторых, новая практика госзаказа увеличила уровень коррупции на всех уровнях выполнения госконтрактов.

Необходимо отметить, что в последние годы многие взрывоопасные и подрывные нововведения продвигаются и проводятся под удобным флагом «борьбы с коррупцией». Если уничтожение экономики СССР, бомбёжки Югославии, кровавый хаос в Ираке и Ливии проходили под знаменем «борьбы за демократию», то уже уничтожение Украины, попытка «болотного» госпереворота в России, перехват огромных финансовых потоков ФИФА и т.п., происходят под знаменем «борьбы с коррупцией». Не случайно выдающийся «борец с коррупцией» — это коррупционер Навальный.

Для тех, кто жил в СССР, напомню, а для тех, кто не жил в то время, открою – в СССР коррупции не было в виде воровства у государства (денег, ресурсов, активов). Коррупция вползает по требованию и под прикрытием МВФ как необходимое условие порабощения национальных элит и захвата государства изнутри под знаменем демократии и «рыночной экономики» (подробнее у Дж. Перкинса).

Рассмотрим этапы «большого пути», по которому развивалась «ползучая» коррупция в нашей стране, достигнув своего идеала в нынешней практике госзаказа. Заметим, что с 1 первого января 2017 года абсолютно всем предприятиям и учреждениям, имеющим отношение к государственному сектору, законодательно предписано работать только по 44-ФЗ, то есть заказывать товары, работы и услуги только через систему аукционов и тендеров.

До тотального использования аукционов при размещении госзаказов, практика была такова, что Заказчик на конкурсной основе выбирал Исполнителя. При этом ответственность за выбор Исполнителя естественным образом ложилась на Заказчика. Заказчик и Исполнитель, оказываясь, таким образом, в «одной лодке», несли солидарную ответственность за результаты использования бюджетных средств, и были мотивированы на положительный результат. За ними присматривали соответствующие министерства, контрольно-ревизионные управления (КРУ), ОБЭП. Практика аукционов эту ответственность перечеркнула.

Теперь задача Заказчика — вовремя подготовить бумажки для проведения аукциона, а потом отойти в сторонку и скромно ждать результата. Следить за Исполнителем будет некий технадзор, так же выбранный через аукцион. Теперь главное не результат, а правильная процедура.

В этой системе Заказчик не несёт практически никакой ответственности и участия в выполнении работ по госзаказу. Однако когда работа уже выполнена и приходит время подписывать акт выполненных работ, у Заказчика появляется «счастливая» возможность сказать Исполнителю, что работа не будет принята по объективным или надуманным причинам, пока Исполнитель не «позолотит ручку». Работа уже выполнена, а «строптивый» Исполнитель может понести серьёзные финансовые потери вплоть до разорения. Очень удобно! И «никакой коррупции».

В-третьих, существующая практика резко снижает эффективность использования бюджетных средств.

Итак, Исполнителю предлагается в обеспечение контракта заморозить до его окончания 30% от стоимости контракта. Еще Исполнителю необходимо (например, в строительстве) иметь 70-80% стоимости контракта для закупки материалов, содержания работников (кормить-то людей надо), и накладных расходов. Итого объём необходимых для выполнения контракта оборотных средств должен быть больше или равен стоимости контракта. И всё это для того, чтобы в итоге иметь 8-10% сметной прибыли. Какое нормальное предприятие пойдет на такие условия работы? А «ненормальное» — пойдёт: использует некачественные дешевые материалы, «кинет» субподрядчиков и рабочих, не заплатит налоги, исчезнет в период выполнения гарантийных обязательств. Результат такой практики – за бюджетные деньги появится некачественный объект или услуга, а деньги народа «уйдут в песок». Потом удивляются, что асфальт сходит весной вмести со снегом, в новых домах опасно жить, а после капитального ремонта ужас приходит в дом.

Меня «умиляют» гордые рапорты чиновников, когда они рассказывают, сколько денег удалось сэкономить за счет снижения стоимости контрактов на аукционах в их сферах влияния. А вопроса о том, как можно снизить на 40% цену контракта, когда к нему приложена смета и требования к материалам, а в той смете заложена нормативная прибыль равная 8%? По нормальной логике – ниже 8% — себе в убыток.

В-четвертых, существующая практика по описанным выше причинам уничтожает добросовестных предпринимателей.

Подводя итоги сложившейся практики госзакупок, следует ответить на вопрос: кому это выгодно? Кто выгодополучатель системы, регламентируемой сначала 94-ФЗ, затем 44-ФЗ и 223-ФЗ?

Их несколько:

  1. Современные ростовщики в виде банков – выдача гарантий обеспечения контрактов, выдача кредитов для пополнения оборотных средств, замороженные финансы обеспечения контрактов на счетах Заказчиков – всё это позволяет банкам дополнительно «присосаться» к реальному сектору экономики.
  2. Безответственные чиновники и коррупционеры-вымогатели – теперь их трудно привлечь к ответственности (ведь госзаказ исполнен), а как и кем – они и «ни при чём».
  3. Все те внешние и внутренние силы, которые хотят под лозунгами «борьбы с коррупцией» и «развития конкуренции» снизить эффективность использования бюджетных средств. Это выгодно тем, кто хочет убить реальную экономику России, снизить и ВВП и реальный уровень жизни наших граждан.

Небольшое замечание-наблюдение. Всегда известны авторы законов и проектов законов, защищающих суверенитет России и от подрывных НКО, и от оффшорных чиновников, и от продажи детей России, и от прочих «доброжелателей». А вот авторы законов, подрывающих Россию, прячутся в тени прозападных консалтинговых фирм, коллективов ВШЭ или в других тёмных углах, так что вытащить их на свет не просто.

Мы рассмотрели основные, но далеко не все побочные эффекты практики госзакупок.

Например, передача-расщепление функций Заказчиков до самого нижнего уровня – в школы, больницы, библиотеки, спортзалы и т.д., породило огромное отвлечение людей от производительного труда. В этих сугубо специализированных учреждениях как грибы после дождя расплодились конкурсные управляющие, которые обязаны каждый карандаш, листочек и даже туалетную бумагу покупать через торги. При этом компетентность этих Заказчиков при организации госзакупок (например, ремонтов) в силу их основной профессии (учитель, врач, тренер) оставляет желать много лучшего.

Придите в любую организацию, обязанную работать через госзакупку, и спросите: «Как вам теперь работается?». В 99 случаях из 100 вам ответят: «Это кошмар!».

На вопрос «Кто виноват?» мы попытались ответить, но найти «чёрные дыры» нашей экономики – это полдела. Теперь попробуем ответить на вопрос «Что делать?».

Предложения, направленные на лечение практики госзаказов, дабы снять перечисленные симптомы и приподнять больную экономику России, следующие:

  1. Госзаказ должен быть непрерывен во времени и, главное, в финансировании в течение всего календарного года. При отсутствии бюджетных катастроф в стране, должно быть известно, в каких пределах будет годовое финансирование на федеральном, региональном и муниципальном уровне. То есть денег будет не менее чем X миллионов, и не более, чем Y миллионов. А у каждого субъекта есть (или должен быть) приоритетный список нужд на Y миллионов объектов финансирования. Вот и начинай с 1 января заключать госконтракты, исходя из X, а уточненная сумма бюджета даст возможность (и время) добавить из приоритетного списка еще ряд объектов финансирования. При таком подходе ритмичная планомерная работа станет повседневной практикой.
  2. Жесткое возвращение принципа: «Заказчик публично отвечает за выбор исполнителя и результат использования бюджетных средств». На практике это означает следующее:
  • контрактная документация, определяющая весь комплекс взаимных обязательств Сторон доступна для публичной оценки;
  • документ, обосновывающий выбор Исполнителя контракта Заказчиком доступен для публичной оценки;
  • документы, подтверждающие факт надлежащего выполнения контракта (акт сдачи-приёмки, акт выполненных работ со всеми затратами, фото и видео и т.д.), доступны для публичной оценки.
  1. При снижении цены контракта (во время конкурса или аукциона). Победитель обосновывает предлагаемое снижение цены, а комиссия Заказчика, оценивая обоснованность снижения цены, выносит окончательное решение о заключении контракта. Естественно, процесс должен быть публичным.
  2. Целевое авансирование госзаказов в размере не менее 30% цены контракта, с поэтапным ежемесячным закрытием и оплатой работ должно стать повсеместной практикой. Это, кстати, хорошо сочетается с взаимной ответственностью Заказчика и Исполнителя.

Такая практика, по сравнению с работой без предоплаты и без обеспечения контракта, увеличивает эффективность работы оборотных средств в 2,8 раза (как будто у вас использовались не 100 миллионов, а все 280 миллионов). Посчитать это просто: при рентабельности 10%, в конце 1-го месяца у вас уже не 100, а 100+100*10%=110, в конце 2-го месяца у вас уже 110+110*10%=121, и т.д., а в конце 11-го месяца у вас в обороте 285 единиц.

  1. Заказчик вправе публично приглашать к себе на конкурс интересных ему Исполнителей. Причём между приглашёнными может быть проведён предварительный конкурс с обязательствами Заказчика заключить контракт с Победителем после конкретизации работ или открытия финансирования. Такая практика будет развивать добросовестных Исполнителей, способствовать планомерности и оперативности работ. Надо отметить, что нечто подобное используется для выбора Исполнителей для ликвидации последствий «чрезвычайных ситуаций» (пожары, наводнения, эпидемии и т.д.) – правда обязательства «бежать и делать» берёт на себя только Исполнитель.
  2. Безличный аукцион, с одним только критерием – «минимальная цена», должен использоваться как исключение, требующее специального обоснования и пристального рассмотрения. Действительно, как могло случиться, что у Заказчика нет достойных Исполнителей – то ли с ним никто работать не хочет, то ли он работать не умеет, то ли подвох здесь какой.
  3. Ответственность за надлежащее исполнение госзаказа от начала до конца должна лежать на администрациях соответствующего уровня. Функции Заказчика должны выполнять квалифицированные специалисты в соответствующих администрациях. Чтобы избежать раздувания аппарата чиновников в службе Заказчика, следует применять нормативный подход к финансированию службы Заказчика в жесткой зависимости от объёма финансирования Госзаказов (это в пределах 4% от суммы госконтрактов «на всё про всё»). И убрать эти функции из школ, больниц, клубов, стадионов, и т.д. – пускай занимаются своим прямым делом.

Подведём итоги. Сегодня под благовидным предлогом «борьбы с коррупцией» уничтожается производственная сфера. Что это: некомпетентность или попросту глупость, или воровство в чистом виде? А, может, два в одном флаконе?

Необходима серьезная переработка законов 44-ФЗ и 223-ФЗ, которая придаст практике госзаказов позитивный и конструктивный характер. И если этого не может сделать нынешний состав Госдумы, это сделает НародныйЗакон.РФ.

Владимир Анатольевич Алексеев,

член Подмосковного отделения

Партии Великое Отечество,

кандидат технических наук».